Александр Твардовский
Линия
 

«КТО СТРЕЛЯЛ?»

Отдымился бой вчерашний,
Высох пот, металл простыл.
От окопов пахнет пашней,
Летом мирным и простым.

В полверсте, в кустах  –  противник,
Тут шагам и пядям счет.
Фронт. Война. А вечер дивный
По полям пустым идет.

По следам страды вчерашней,
По немыслимой тропе;
По ничьей, помятой, зряшной
Луговой, густой траве;

По земле, рябой от рытвин,
Рваных ям, воронок, рвов,
Смертным зноем жаркой битвы
Опаленных у краев...

И откуда по пустому
Долетел, донесся звук,
Добрый, давний и знакомый
Звук вечерний. Майский жук!

И ненужной горькой лаской
Растревожил он ребят,
Что в росой покрытых касках
По окопчикам сидят.

И такой тоской родною
Сердце сразу обволок!
Фронт, война. А тут иное:
Выводи коней в ночное,
Торопись на «пятачок».

Отпляшись, а там сторонкой
Удаляйся в березняк,
Провожай домой девчонку
Да целуй  –  не будь дурак,
Налегке иди обратно,
Мать заждалася...

И вдруг  –
Вдалеке возник невнятный,
Новый, ноющий, двукратный,
Через миг уже понятный
И томящий душу звук.

Звук тот самый, при котором
В прифронтовой полосе
Поначалу все шоферы
Разбегались от шоссе.

На одной постылой ноте
Ноет, воет, как в трубе.
И бежать при всей охоте
Не положено тебе.

Ты, как гвоздь, на этом взгорке
Вбился в землю. Не тоскуй.
Ведь  –  согласно поговорке  –
Это малый сабантуй...

Ждут, молчат, глядят ребята,
Зубы сжав, чтоб дрожь унять.
И, как водится, оратор
Тут находится под стать.

С удивительной заботой
Подсказать тебе горазд:
 –  Вот сейчас он с разворота
И начнет. И жизни даст.
Жизни даст!

          Со страшным ревом
Самолет ныряет вниз,
И сильнее нету слова
Той команды, что готова
На устах у всех:
 –  Ложись!..

Смерть есть смерть. Ее прихода
Все мы ждем по старине.
А в какое время года
Легче гибнуть на войне?

Летом солнце греет жарко,
И вступает в полный цвет
Все кругом. И жизни жалко
До зарезу. Летом  –  нет.

В осень смерть под стать картине,
В сон идет природа вся.
Но в грязи, в окопной глине
Вдруг загнуться? Нет, друзья...

А зимой  –  земля, как камень,
На два метра глубиной,
Привалит тебя комками  –
Нет уж, ну ее  –  зимой.

А весной, весной... Да где там,
Лучше скажем наперед:
Если горько гибнуть летом,
Если осенью  –  не мед,
Если в зиму дрожь берет,
То весной, друзья, от этой
Подлой штуки  –  душу рвет.

И какой ты вдруг покорный
На груди лежишь земной,
Заслонясь от смерти черной
Только собственной спиной.

Ты лежишь ничком, парнишка
Двадцати неполных лет.
Вот сейчас тебе и крышка,
Вот тебя уже и нет.

Ты прижал к вискам ладони,
Ты забыл, забыл, забыл,
Как траву щипали кони,
Что в ночное ты водил.

Смерть грохочет в перепонках,
И далек, далек, далек
Вечер тот и та девчонка,
Что любил ты и берег.

И друзей и близких лица,
Дом родной, сучок в стене...
Нет, боец, ничком молиться
Не годится на войне.

Нет, товарищ, зло и гордо,
Как закон велит бойцу,
Смерть встречай лицом к лицу,
И хотя бы плюнь ей в морду,
Если все пришло к концу...

Ну-ка, что за перемена?
То не шутки  –  бой идет.
Встал один и бьет с колена
Из винтовки в самолет.

Трехлинейная винтовка
На брезентовом ремне,
Да патроны с той головкой,
Что страшна стальной броне.

Бой неравный, бой короткий.
Самолет чужой, с крестом,
Покачнулся, точно лодка,
Зачерпнувшая бортом.

Накренясь, пошел по кругу,
Кувыркается над лугом, –
Не задерживай  –  давай,
В землю штопором въезжай!

Сам стрелок глядит с испугом:
Что наделал невзначай.

Скоростной, военный, черный,
Современный, двухмоторный
Самолет  –  стальная снасть  –
Ухнул в землю, завывая,
Шар земной пробить желая
И в Америку попасть.

 –  Не пробил, старался слабо.
 –  Видно, место прогадал.

 –  Кто стрелял? –  звонят из штаба.
Кто стрелял, куда попал?

Адъютанты землю роют,
Дышит в трубку генерал.
 –  Разыскать тотчас героя.
Кто стрелял?
          А кто стрелял?

Кто не спрятался в окопчик,
Поминая всех родных,
Кто он  –  свой среди своих  –
Не зенитчик и не летчик,
А герой  –  не хуже их?

Вот он сам стоит с винтовкой,
Вот поздравили его.
И как будто всем неловко  –
Неизвестно отчего.

Виноваты, что ль, отчасти?
И сказал сержант спроста:
 –  Вот что значит парню счастье,
Глядь  –  и орден, как с куста!

Не промедливши с ответом,
Парень сдачу подает:
 –  Не горюй, у немца этот  –
Не последний самолет...

С этой шуткой-поговоркой,
Облетевшей батальон,
Перешел в герои Теркин, –
Это был, понятно, он.


А.Твардовский. Василий Теркин.
Книга про бойца. Теркин на том свете.
Москва: Раритет, 2000.

Мишенные установки "Т-Медиа"
 
Стойка СМПУ-3 Модуль "Призма" Установка мишенная "Противник" Модуль "Биатлон"  
Стойка мишенная переносная универсальная СМПУ-3 Мишенный модуль "Призма" Установка мишенная УМ-2Э "Противник" Мишенный модуль "Биатлон"  
Линейка

 

    Logotype
На страницу "Стихи, проза" На главную страницу
Линия